magnum_69
Молитвы и заклинания работают только у тех, кто живет лицензионную версию жизни.
С отчаянным грохотом, старая отцовская телега, проехала по улице и остановилась у складов. Джим нашел приказчика, и через полчаса, обзавелся 5 мешками угля, и 10 пятидесяти фунтовыми болванками чистой стали. Сложив все в телегу, он поехал в центр поселка, там находилась лавка оружейника. Остановив мерина, он рассматривал витрину. Три коротких меча ландскнехтов, и один длинный рыцарский меч, лежали на куске старого шелка. На кинжалы и наконечники к стрелам он не обратил внимания. Уяснив, как выглядит рисунок и травление на клинке, Джим повернул мерина к дому. Приехав домой, он торопливо свалил мешки с углем, поставил лошадь в конюшню, и, задав им корма, потащил сталь в кузню. Нетерпение Джима, было очень большим, но он понимал что сразу, выковать настоящий, достойный меч у него не получится. Как говаривал его отец, сначала следовало «набить руку». Портить сталь Джим не хотел, для этого у него был запас хорошего железа. Оставаясь после рабочего дня в кузне, неделю он ковал мечи. Сначала ему хотелось бросить все, у него не получалось, но постепенно, врожденное умение проявило себя. У него получалось все лучше и лучше, и наконец, он решился. Расплавив сталь, он работал над первым в своей жизни мечом. Когда он закончил работу, в окошке кузни начало сереть. На наковальне, лежал настоящий, стальной, рыцарский меч. Лезвие сверкало, рукоять меча, требовала обработки, но это были детали, мечта Джима осуществилась. Через три дня, молодой оружейник, довел меч до совершенства, рукоять меча, была рифленой. Он старательно обрабатывал ее кислотой, рисуя на ней драконью чешую. На лезвии, Джим решил вытравить надпись. Ту, которая была на кулоне серебряной цепочки, которую он так и не смог подарить Джессике. Он работал целую ночь, старательно вырисовывая листики плюща, и копируя непонятную ему вязь. Закончив, он осмотрел меч, ему показалось что вязь, и листики выглядят так, как будто им чего то не хватает. Почесав затылок, Джеймс уставился на рисунок, нужно было чем-то заполнить пустоту, иначе вся его работа, насмарку. Подумав, он решил что наилучшее, это нанести на лезвие, фигурку дракона. Сказано – сделано, он принес камень и всматриваясь в него, зарисовал на клочке пергамента, очертания тела свернувшего внутри камня дракона. Камень не светился, красный кристалл, был темен и дракон просматривался только тогда, когда Джим смотрел в камень на свет пламени горна. Стук в дверь, заставил его вздрогнуть, торопливо положив камень на меч, он накинул на наковальню дерюжку. Ни мать, ни сестры не знали о камне и его новой работе. Раньше времени, раскрывать секреты он не хотел. Опасаясь насмешек, в случае если затея с оружейным делом провалится. Открыв дверь, он выслушал сетования матери, что сын не спит, пропадая днями и ночами в кузне. Убедив ее, что он уже закончил и сейчас придет, он закрыл дверь и вернулся к наковальне. Торопливо запихнув камень в его мешочек, и положив меч в укромный уголок, он вышел из кузницы и пошел домой. Утро выдалось очень холодное, туман покрывал деревню, он был густой и очень холодный. Мороз продирал до костей, Джим таскал дрова домой, ругая себя за то, что не нарубил толстых сучков. Сестры весело щебетали, замешивая тесто, мать принесла из кладовки, замороженную тушку кролика и двух индюшек:
- Поруби мясо сынок, сегодня у нас будут гости.
- Гости?
- Да Джим, гости. Сегодня смотрины, будущие родственники, придут. Линду ведь замуж позвал Стивен.
Джим едва не выронил топор. Стив был братом Скотта, небольшого роста, рыжий в отца, он обладал противным характером и изрядным упрямством.
Разрубив мясо, Джим накормил коней, вычистил конюшню, принес воду, и покончив с домашними делами, отправился завтракать. В обед, он сидел и раздумывал, стоит ли ему отвезти меч в город. Городские оружейники хорошо разбирались в этом ремесле, и получить несколько советов хорошего мастера, для него было бы не лишним. Походив из угла в угол, Джим решился. Оседлав жеребца, он взял меч, и объяснив матери, что у него дела, поскакал в город. Тучи висели очень низко, снежок сыпал на дорогу, Джим не погонял жеребца, но тот сам взял неплохую скорость. Легкий галоп перешел в более размашистый, жеребец явно застоялся. Снежная буря, налетела неожиданно, из огромной серой тучи, повалили хлопья снега. Снега было много, дорога и все вокруг скрылось в густой белой пелене. Джеймс отчаянно ругался на погоду, жеребец фыркал и тряс головой. Он давно шел шагом, впереди не было видно ни зги. Серый, унылый день, превращался в ночь, стремительно темнело, снег шел все сильнее и сильнее. Белая круговерть, сопровождалась, откуда-то подувшим ветром. Лошадь шла медленным шагом, ветер усилился. Хлопья снега, полетели с бешеной скоростью, Джим остановил жеребца. В вое ветра, ему померещился злобный, далекий хохот. Откинув капюшон, Джеймс всматривался в снежную кашу, но кроме вертящихся снежинок, вокруг не было ничего
- Чтоб вы провалились со своей магией! – он выкрикнул это в темноту, но ответа не было. Буран не прекращался, снег стал колючим, сильно похолодало. Ледяной ветер пронизывал насквозь, пробирая до костей сквозь толстую овечью куртку. Жеребец вскинул голову и наставив уши вглядывался в метель. Джеймс наблюдал за лошадью, с нехорошим чувством. У него было ощущение, что за ними наблюдают. Нужно было убираться отсюда. Пнув жеребца, и для верности вытянув его по шее поводом, Джим развернул его к дому, и заставил бежать рысью. Копыта проваливались в снег, лошадь спотыкалась, но хозяин был неумолим. Он боялся оставаться на ночь в буране. Впереди, сквозь снежную пелену мелькнула тень, негромкий перезвон колокольчиков, почти заглушал ветер. Белая тройка, запряженная в сани, промелькнула перед носом жеребца и унеслась в ночь. Джим направил лошадь следом, но проехав несколько метров, он похолодел. Отпечатков полозьев, равно как и копыт лошадей, запряженных в сани, не было. В снегу, заметаемые снегом, видны были отпечатки копыт, только его лошади. Проехав еще несколько сот метров, он увидел впереди очертания холма. Вспомнив, что в этих холмах, он играл в детстве в прятки в пещере, Джим решил найти ее и переждать буран. Направив жеребца вдоль холма, и закрываясь ладонью, от летящих колючих снежинок, он всматривался в склон. Наконец, впереди, он увидел черное, плохо заметное на склоне, пятно. Это и была пещера, изо всех сил, Джим огрел плетью коня, заставляя его подниматься на склон. Жеребец фыркал и упирался, но Джим заставил его подниматься на склон. Копыта скользили, лошадь изо всех сил, карабкалась по обледеневшей дорожке. Наконец, когда Джим уже решил, что попытка бесполезна, конь преодолел последние метры. В пещере было темно, сухо и намного теплее, снег лежал только у входа. Цепляясь за жеребца, обессилевший Джим сполз с седла и уселся у ног лошади. Руки он не чувствовал, пальцы не гнулись, ноги были как деревянные. Жеребец переступил ногами и ткнулся мордой в лицо Джиму, но ему было не до ласк. Он дополз до стены и прислонился к ней спиной, снаружи свистал ветер, буран перешел в снежную бурю, которые были очень редки в этих краях. Посидев, и немного согревшись, он почувствовал, что в спину ему упирается выступ стены. Он пересел, но предмет, давящий ему между лопаток, продолжал упираться в спину. Пошарив за спиной, он нащупал рукоять меча.
Вытащив его из ремня, которым он был привязан к спине, Джим провел рукой по лезвию. Сталь была теплой, теплой, несмотря на то, что она уже не согревалась о его тело. Слабый красный отблеск, сверкнул через мешковину, которой был обмотан меч. Джим развернул грубую тряпку и открыв рот, уставился на красный, мерцающий кристалл. В металле была как будто выдавленная, точно по очертанию камня лунка. Камень, как будто ждал, что хозяин развернет ткань, кристалл отлепился от лезвия, и плавно съехал в руку Джима. Красное сияние сделалось приглушенным, камень засветился темно красным, согревая руку Джеймса. Джим, сжав пальцы, держал камень, чувствуя как тепло, окутывает его тело. Незаметно для себя, он задремал. Ему снился странный сон, в котором он верхом на белой лошади, скакал по равнине, а в небесах парил огромный дракон. Он не знал, сколько он проспал, вздрогнув, он открыл глаза. В сером, предрассветном тумане, он увидел смутные очертания тела жеребца. Он стоял неподалеку, опустив морду к земле, до слуха донеслось мирное хрумканье. Кристалл, который Джим, уснув, выпустил из рук, лежал рядом с его мечом. Джим повертел головой, он спал у огромного черного валуна. Земля, под ним, была покрыта высохшей, посеревшей травой. Джим огляделся. Ни пещеры, ни снега, ничего этого не было. Впереди простиралась ровное, покрытое пожухлой травой поле. Вдалеке, очень смутно видимые в предрассветной дымке, виднелись очертания огромных гор. Жеребец всхрапнул и поднял морду, первые лучи неяркого солнца показались из-за гор. Вдалеке, ранее невидимый Джиму, засинел лес, он покрывал предгорья толстым синим ковром. Стряхнув остатки сна, он вскочил на ноги. Запихнув кристалл в карман, и закинув меч за спину, он сел верхом на жеребца. С высоты лошадиной спины, невдалеке, показались темно зеленые камыши и тоненькая полоска темно-серой, стального цвета воды. Чуть дальше по линии берега, виднелся мост. Он дернул повод, и шагом поехал в сторону моста, жеребец фыркал, из-под копыт в траве, разбегались болотные птицы. Медленно но верно, мост приближался. Сооружение, издали казавшееся невзрачным, по мере приближения приобретало вид монументального, древнего и угрожающего. Каменные столбы, выкрошившиеся от времени, топорщились стальными, неясного предназначения отростками. Мост был сложен из темно серого камня, и покоился на огромных черных, каменных быках. Джим с изумлением, рассматривал мощное сооружение, и небольшую, полувысохшую речку, которая никак не вязалась с мощью моста. Жеребец насторожил уши, Джим безуспешно лупил его ногами по бокам. Конь уперся, и опустив голову, отказывался заходить на мост. Джим отчаянно огляделся по сторонам, нигде не было ни души, солнце светило ярко, речка из темно серой, превратилась в светло-голубую, отражая небо и облака. Повернув жеребца, он отъехал от моста, и направил коня вниз, к воде, намереваясь вброд перебраться на ту сторону. Копыта чавкали по мокрой траве, лошадь скользила, седок вцепился в седло. Наконец жеребец вступил в воду, пройдя несколько метров, Джим заметил что вода, уже дошла до брюха лошади. Неказистая речка была глубока. Держась за гриву, он почувствовал, как жеребец поплыл. Чем дальше плыла лошадь, тем сильнее становились изумление и испуг. Река, которая казалась шириной в 5 метров, не кончалась. Лошадь плыла, но противоположный берег не приближался. Страх ледяной рукой сжал сердце, развернув уставшего жеребца, он направил его обратно. Через несколько секунд, лошадь, уставшая и замерзшая, выбралась из воды. Порядком намокший, дрожащий всадник, съежился на седле, проклиная кристалл, магию и всех магов вместе взятых. Доехав до моста, он с тоской огляделся еще раз. Дорога, которая еле виднелась среди травы, уводила взгляд в поле. Мост через заколдованную реку, и тракт за ним, выглядели куда привлекательней. На берегу где стоял он, позади, темнели скалы. Дорога, вероятнее всего, вела к горам, а перебираться через горы, у Джеймса не было никакой возможности. Оставался мост. Спрыгнув с лошади, он взял жеребца за кольцо узды и повел к мосту. Подойдя к первому столбу, лошадь остановилась. Промучившись с жеребцом, и ничего не добившись, Джим сел на камень около столба. Солнце поднялось над головой, в траве пищали болотные птицы. Ощутив болезненный спазм в желудке, он понял, что дико голоден. Обмотав повод лошади за ее переднюю ногу, он отпустил жеребца и направился к реке. Птицы возились в траве, с детства привыкший разорять гнезда, Джим без труда насобирал с десяток мелких, пятнистых яиц. Позавтракав ими и поймав лошадь, он сел на жеребца и задумался. Нужно было выбираться из этого проклятого богами места. Мост был непреодолимой преградой, река заколдована, горы недоступны. Никаких признаков человеческого присутствия он не увидел. Дорога, если так можно было назвать камни, скрытые густой травой, видела последнего путника, очень давно. Хлопанье крыльев, отвлекло его мысли. Подняв глаза, он проводил взглядом большую стаю каких-то, неизвестных ему птиц. Стая сделала резкий разворот над рекой, и унеслась на запад. Очевидно, что в воздухе, магический щит, также преграждал путь. Он тоскливо смотрел на лес, синеющий за мостом, и тут его посетила гениальная идея. Толкнув жеребца, он направил его к мосту. Не доезжая до моста, он остановил коня, слез и скинув с себя рубаху, завязал храп и глаза лошади. Но не тут-то было. Жеребец прижал уши, и уперся. Джим, ругаясь как извозчик, тащил жеребца к мосту, но чтобы сдвинуть одну лошадиную силу, одной человеческой было явно недостаточно. В отчаянии он выдернул ремень, и огрел упрямую скотину по шее. Жеребец взвился на дыбы вырвав повод из рук. Почуяв свободу, конь фыркнул и потрусил прочь от моста. Пошарив в куртке, он вытащил последнее средство, красные грани тихо камня мерцали. Держа его в руке, Джим взмолился:
- Сделай же что нибудь!!
Камень безмолвствовал, но цвет его изменился. Незадачливый владелец, уже зная свойство камня, побежал к жеребцу. Содрав с его морды рубаху, он вспрыгнул на его спину и держа камень, осматривал все перед собой. Легкое марево, над дорогой появилось почти сразу. Пелена дрожала, переливаясь красками в свете солнца, Джим дернул повод, направляя коня вперед. Искры света расступились, легкое сопротивление воздуха, и Джим с изумлением обнаружил, что они стоят на лесной опушке. Марево рассеялось, кристалл стал прохладным. Запихнув его в мешочек, Джим оглянулся. Мрачная громада моста, виднелась далеко позади. Перед ним стоял лес. Мрачные замшелые деревья навевали нехорошие мысли. Лес казался древним, и живым существом. Выбора не было, тронув жеребца он начал путь по извилистой, скрытой в траве тропинке. Чем глубже уводила тропа, тем сильнее менялся лес. Исчезли полянки, исчезли небольшие деревца. Не было слышно возни мелкой лесной живности. Лошадиные копыта, ступали по толстому ковру, из прелой прошлогодней листвы. Царила мертвая тишина. Солнце иногда прорывалось сквозь густое переплетение веток, но освещало оно безрадостную картину. Замшелые, серые вековые дубы и неизвестные Джиму деревья, голые ветви которых сплетались в одно целое. За спиной треснула ветка. Звук, незаметный в обычном лесу, прозвучал как раскат грома. Он заставил вздрогнуть всадника и нервно подпрыгнуть жеребца. Тропа неожиданно оборвалась, дальше лес стоял непроходимой, черной стеной, от вида которой леденела кровь в жилах. Джим в отчаянии оглядывался, но тропка, которая привела их сюда, заканчивалась так резко будто бы, ее отрезали ножом. Передние копыта лошади, стояли на утоптанной тропе, а в нескольких футах дальше, стояла нетронутая лесная пожухлая трава.
- Черт подери всех магов!!!!!!!!! – Джим не мог подавить разочарования, они прошли долгий путь, в никуда.
- Не кричи так громко, нельзя ругать повелителей – хриплый скрипучий голос, был отчетливо слышен.
Джим завертел головой, но вокруг не было ни души. Вытащив меч, Джим наблюдал за кустами. Никого.
- Кто ты? Выйди, покажись!! Где я нахожусь, что это за место, где тропа? Как отсюда выйти? – ответа не было. Лес молчал, Джим напряженно вслушивался, но никто не отзывался.
- Черт побери вас всех! Всю вашу магию, магов и кристалл! Я хочу домой!
- Прекрати орать!!! – голос раздался почти у ног лошади. Посмотрев вниз, Джим с изумлением увидел небольшое, странное существо. У существа была голова, покрытая чем-то, похожим на зеленоватый мох. Руки сжимали деревянный, маленький посох. Одето оно было, во что-то бесформенное. Из-под подола грязного одеяния, выглядывали босые пальцы ног. Сморщенная, зеленоватая кожа, и желтые круглые глаза, дополняли картину. Существо взмахнуло посохом, Джим заметил, что пальцы у него длинные, и увенчаны когтями.
- Нельзя ругать магов. – существо отодвинулось от лошади, и задрав голову уставилось на Джима.
- Ты, ты кто? – Джим уставился на неведомое существо.
- Я? Дирак! – оно гордо выпрямилось , и взглянуло на Джима, словно ожидая реакцию.
- А ты кто, то есть, из какого ты племени?
Существо грустно вздохнуло:
- Я из племени гномов холмов. Однажды я обидел мага, и он превратил меня вот, в это! – желтые глаза Дирака, грустно заморгали. Джиму стало жалко его.
- То есть как это, превратил? – до него дошел смысл слов, сказанных Дираком. Желтые глаза сверкнули, Дирак смотрел на него, с удивлением:
- Ты что? Никогда не видел гномов холмов?
- Нет! Я не из этого мира. Я попал сюда случайно.
Существо с подозрением посмотрело на Джима, и отодвинулось в траву:
- Как ты сумел миновать мост? Как ты попал в заколдованный лес? Кто ты, человек или великий маг?
- Меня зовут Джим Свенсон. Я простой человек, кузнец.
Существо пожевало губами, и выбралось на тропу. Деревянный посох, уперся в высокую траву впереди;
- По тропе, ты не проедешь. Она заколдована. Ведет она к замку мага, и проехать по ней, дано лишь избранным! Ты выбрал не ту дорогу, кузнец! Возвращайся, пока не стемнело!
Джим с разочарованием начал разворачивать жеребца, Дирак стоял на самом краю тропы, с подозрением рассматривая Джеймса. Развернув лошадь, Джим перекинул ногу через седло, и сел боком так, чтобы видеть существо.
- Дирак, скажи, когда нибудь ты слышал о маге по имени Стайлинг?
Реакция ошеломила Джима, зеленоватая кожа Дирака вмиг стала светло-серой. Глаза стали круглыми как два блюдца, существо присело, и зашипело:
- Никогда не упоминай имен величайших!!!!!
- Кто он? Почему нельзя о нем говорить?!
- Тот, о ком ты говоришь, это древний, черный повелитель! Ему подчинялись все маги и драконы, независимо от цветов!! Он владел черной силой, ему подчинялось время!!!
Джим хотел было спросить о том, где сейчас маг, но существо, подобрав подол грязного одеяния, нырнуло в траву. Прошелестела высокая осока, и наступила тишина. Издалека, донесся скрипучий голос;
- Не упоминай его имени, никогда! Выбирайся из леса до захода солнца, человек.
Подобрав повод, Джим направился в обратный путь по лесу. Солнце невидимое из-под сводов деревьев, шло к закату. В лесу становилось все темнее, и как казалось, лес оживал. Исполинские деревья шумели ветками, неслышная при свете солнца, возня лесной живности, сейчас слышалась отовсюду. Жеребец всхрапывал, и прибавлял шагу, не нуждаясь в понуканиях. В лесу стремительно темнело, за спиной с треском, какой-то зверь продирался сквозь чащу. Джим пнул жеребца, но тот, прижав уши, сам перешел на галоп. Положившись на инстинкты лошади, всадник прилагал все силы, чтобы удержаться в седле. До слуха донесся страшный, тонкий, леденящий кровь вой. Так не мог выть волк, Джим никогда не слышал, чтобы животные издавали такие звуки. Жеребец отчаянно рванулся, вцепившись в гриву и седло, он чувствовал, что съезжает. Выбора не было, он бросил поводья, и навалившись на шею коня, обхватил ее руками. Бешеная скачка по лесу неожиданно кончилась. Жеребец взлетел в воздух, и перепрыгнув через поваленный ствол, выскочил на опушку леса. Закат, тонкой, кровавого цвета полосой потухал в небесах. Первые неяркие звездочки зажглись над чернеющей вдали горной грядой. Жеребец, широким галопом, шел по полю, направляясь к реке. Отцепившись от его шеи, Джим судорожно цеплялся за седло. Наконец, ему удалось поймать брошенный повод. Натянув поводья, он заставил дрожащую лошадь, перейти на шаг. Отъехав подальше, Джим решил, что злоключений на сегодня достаточно. Нужно было устраиваться на ночлег. Ночь вступила в свои права, кругом царила непроглядная, чернильная темнота. Ночные шорохи, плеск невидимой в темноте реки, и пережитый страх, клонили в сон. Остановив лошадь, он с трудом снял с нее седло, и спутав отпустил пастись. Положив голову на седло, он провалился в тяжелый, кошмарный сон, в котором за ним по лесу, гналась стая облезлых, призрачных волков. Спасаясь от них, он забрался на дерево, волки скакали вокруг. В небе раздалось хлопанье огромных крыльев, черный дракон, планировал над поляной, волки, скалясь и огрызаясь, убегали в лес. Джим заорал от страха, огромная морда дракона повернулась в его сторону. Обливаясь ледяным потом, он вскочил на ноги. Перед его внутренним взором, все еще стояли огромные желтые глаза дракона.

* * *

Лисана стояла и смотрела на то, как призрачный туман рассвета, клубился над фонтаном во дворе их замка. Солнце еще не поднялось, и на галерее было холодно. Зябко поежившись, она плотнее закуталась в плащ, и прошла на крепостную стену. Караул еще не сменялся, откуда-то слышались хриплые команды, сонные стражники при ее приближении пытались выглядеть бодрее. Подойдя к бойнице, она окинула взглядом горы, и утопавшие в тумане поля. За спиной лязгнул металл, она не поворачивалась, рассматривая розовеющие вершины гор. Лисана знала, что начальник стражи стоит за ее спиной, но не спешила обернуться.
- Как прошла ночь Ариас? Все спокойно?
- Все тихо, ваше высочество. Что заставило вас прийти в такую рань?
- Я не могу спать – ее голос прозвучал как жалоба, она ругнула себя за это и замолчала. Начальник стражи поклонился и отошел, раздались команды, на крепостной стене началась смена караула. Солнце выползло из-за гор, освещая покрытые густым туманом поля. Вдали, за колдовским лесом, в небе вспыхнула искорка, Лисана вглядывалась, но искорка погасла, растворившись в голубом небе. Вздохнув, она спустилась со стены, и направилась к себе в покои.
С тех пор, как ее отец, король Изимир отправился в поход в поисках оружия против драконов, Лисана осталась наместником в замке. На ее плечи легли заботы о жителях, распределении провианта и фуража, охране замка и многом другом. Ей было тяжело, но принцессе не пристало жаловаться. Она присутствовала на советах, разбирала споры, принимала решения. Также ей приходилось заботиться о младшей сестренке, которая не признавала ее запретов, и норовила выскользнуть из замка, чтобы покататься на подаренной ей отцом небольшой лошадке. Мать девочек умерла при родах, и старшая сестренка заботилась о младшей с рождения. Отец отказался от новой жены, и воспитывал детей сам. Но с тех пор, как на небольшое королевство стали налетать черные и зеленые драконы, тихая жизнь превратилась в сущий ад. Придворные маги, не в силах противостоять магии драконов, предрекали, что грядет конец эпохи. А с ним, и конец всего сущего. Старый бродячий маг, приходивший к королю, предсказал, что появится великий древний талисман, и тот, кто овладеет его силой, сможет повелевать драконами. Король долго сомневался, но разрушения причиняемые драконами, были слишком сильны. Собрав отряд, он отправился на поиски этого талисмана, и с тех пор, Лисана не слышала о нем ничего. Лишь несколько слов, присланных с ястребом, но больше птица не прилетала. Шум в коридоре оторвал ее от размышлений, отодвинув пачку бумаг, на которых она должна была поставить свою подпись, Лисана вслушалась.
- Говорю тебе, я должен доложить!
- Не дергай госпожу без дела, ты сам знаешь, что она не любит бредни – голос ее старой служанки был непреклонен, Лисана улыбнулась, живо представив ее наморщенный лоб. Но тот, кто требовал доклада, тоже был не шит лыком. Послышалась возня, и в распахнувшейся двери показалась взъерошенная голова. Голова принадлежала молодому конюху, принцесса видела его на конюшне.
- Тысяча извинений, ваше высочество, но с западной стороны валит дым! – он выпалил это на одном дыхании. Лисана с недоумением посмотрела на него:
- С запада одни скалы, ты ничего не перепутал?
Владелец головы протиснулся в двери, следом вошла нянька принцессы.
- Не перепутал, со стороны горы валит дым.
- Ариаса сюда – негромко распорядилась Лисана. Прошла пара минут, и начальник стражи вошел в ее кабинет. Окинув взглядом собравшихся, он поклонился принцессе:
- Что случилось ваше высочество?
- Ариас, этот человек утверждает, что с западного кряжа, валит дым – она кивнула головой в сторону конюха. Тяжелый взгляд карих глаз стражника уперся ему в переносицу.
- Что ты видел, когда и почему ты не пришел ко мне?
- Я нес воду лошадям, и увидел дым. Он шел из трещины в скале, густой и черный! Когда я вышел из конюшни, уже все закончилось.
- Наверное, маги баловались с заклинаниями – Ариас пожал плечами, всем своим видом давая понять, что эта новость не имеет значения. Взмахом руки принцесса указала конюху, что он может идти. Оставшись один на один со стражником, она взглянула ему в глаза:
- Что происходит, я могу узнать?
- Ничего ваше высочество. Ничего, что могло бы вас заинтересовать – он отвел глаза, и начал рассматривать картину на стене. Ариас был другом ее отца, и всю свою жизнь, ту часть, которую она помнила, он был начальником стражи их замка. Не хорошее чувство, что он не говорит ей правды, было очень ярким.
- Начальник стражи, вы свободны – она повернулась спиной к нему и стала смотреть в окно. Звякнули доспехи, Ариас поклонился и молча, вышел за дверь, она наблюдала из окна, как он прошел по двору. Подписав бумаги, она надела плащик, и направилась в башню, в которой жил их единственный придворный маг. Ей нужно было узнать, что скрывает Ариас. Поднявшись по старым истертым ступеням, она тихо постучалась. Ответа не последовало, она толкнула дверь и вошла. Запах трав и каких-то снадобий был неистребим, ей не нравился маг, но отец был непреклонен.
- Доброе утро принцесса Лисана – его тихий голос вызывал у нее дрожь, старик вышел из-за шкафа с книгами и слегка наклонил голову.
- Ты можешь сказать, что происходит?
- Что должно произойти, ваше высочество? – в голосе старика слышалась легкая издевка, она поморщилась.
- Скай, я пришла к тебе не выслушивать вопросы. Что происходит, и какое отношение к этому имеет Ариас?
- Я не знаю, ваше высочество. По моим сведениям ничего такого, о чем стоило бы волноваться – маг произнес это со стальными нотками в голосе и поклонился, давая понять, что разговор окончен. День промелькнул в заботах. Вечером, уложив сестренку спать, она стояла на балконе смотровой башенки, и смотрела на западный склон. Грозный каменный клык, чернел в предзакатном небе. Переведя взгляд во двор, она заметила маленькую фигурку, которая проскользнула в двери башни мага. По походке, и черному длинному плащу, Лисана узнала начальника стражи.


* * *

Джим с трудом подавил вопль. Жеребец перестал жевать и с изумлением уставился на хозяина, который вскочил и завертел головой во все стороны. Убедившись, что дракон ему приснился, он уселся на седло и начал думать. Кристалл принес его сюда, зачем? Преследуя свои цели? Какие цели могли быть у камня, Джим не мог представить. Да и думать о камне как о живом существе, было дико. Но приходилось верить своим глазам. Лес расстилался перед ним во всей утренней красоте, блестела роса, мелкие капельки украшали разорванную паутину и выглядели как мелкий бисер, который нанизывали на нити его сестры. Но теперь в лесу царила жуткая, неестественная тишина. Не было слышно птиц, ни одно насекомое не потревожило кристально прозрачный воздух, не было даже шороха листьев и травы. Хрумканье жеребца и переступание его копыт было единственным звуком в мертвой тишине колдовского леса. По полю стелился густой рваный туман, клочьями прикрывающий сияющую в утреннем свете речную гладь. Над горами в синем утреннем мраке он не увидел ни единого облачка. Он помнил, что проскакал от леса, по его подсчетам как минимум 5 лиг, но лес стоял перед ним. Отчаянно протерев глаза и прошептав про себя « Господи спаси от наваждения» он открыл их снова. Лес разумеется никуда не делся. Джим смирившись с неизбежным поднялся на ноги, оглядев беглым взглядом лежащие на земле вещи он расстроился. Сумка с провизией, притороченная к седлу исчезла. .
- Прекрасно, теперь еще и голодным придется быть – процедил он сквозь зубы.
У него мелькнула мысль поохотится. Но мертвая тишина в лесу наводила на более здравые рассуждения. Если лес колдовской то убийство в нем любого живого существа, могло привести к нехорошим последствиям. Проклиная камень, магов, колдунов и всех прочих волшебников, он поплелся к реке. Опустив голову, он шел, размышляя, что как только он избавится от проклятого камня…
Из глаз Джима посыпались искры, он врезался лбом во что-то твердое . Подняв глаза, парень потерял дар речи. Он врезался лбом в дерево на опушке, но ведь шел он в противоположном направлении! Лес не желал чтобы он уходил?! Деревья стояли не так плотно как утром. Обернувшись и окинув взглядом поле, он не заметил ничего необычного, за исключением….
-Минуточку!!! – Джеймса окатило ледяной волной страха. Лошади не было на поляне, ни седла, ни его вещей, ничего. Ветерок трепал высокую траву, кучка камней около которой он спал, была на своем месте. Не было примятой травы и вообще никаких следов того, что здесь был человек или животное. Бессильно опустившись на землю, Джим пытался осознать то, что ему конец. Без лошади и оружия бог знает в каком мире, ему не выжить. Все что у него было, это рогатка и проклятый камень.
- Ну что же – как говорила моя мама, под сидячий пень муравей не ползет. Джим мрачно уставился на лес, выбора не было. Он пошел вперед. Продравшись через подлесок, преодолев овраг он вышел на тропинку. Тропинка почти невидимая в траве вела в чащу леса, Тяжко вздохнув, парень подтянул ремень на урчащем животе и поплелся по тропинке. Солнце слегка спустилось над деревьями, когда тропа вывела его к ручейку, Джим напился и уселся под деревом, наблюдая за лесом. Признаков жизни в нем все также не было, царила тишина иногда нарушаемая хрустом падающих веток . В лесу стремительно темнело, солнце садилось где то там за горами. Перспектива остаться один на один с магическим лесом на ночь, парня не вдохновляла. Пошарив под курткой он достал камень. Пристально разглядывая его в меркнущем свете, он взмолился – Выведи меня из этого чудовищного леса! Я приказываю! Камень не отвечал, красное сияние внутри было почти незаметным. Он был прохладным на ощупь, и казалось, что он спал.
Хруст веток за спиной заставил Джима подскочить, в почти полной темноте угадывался силуэт человека.
- Следуй за мной – хриплый шепот прошелестел как ночной ветерок, фигура развернулась и двинулась вперед. Джим ничего не видя, натыкаясь на деревья и кусты старался не отставать, но через полчаса он понял что потерял странного проводника.
- Эй!! Ты не мог бы вернуться? Я кажется потерялся!
- Не кричи ученик мага – странная фигура появилась в легком зеленом свечении прямо возле Джима.
-Мы пришли.
-Куда? – тьма вокруг была почти осязаемой, парень вертел головой, но он не видел решительно ничего. Кроме призрачного, болотного свечения странного проводника.
- В дом твоего господина, ученик мага.
- Ученик?? – до парня дошел смысл сказанного, ему стало дурно.
- Я не ученик, ты меня спутал с кем то. Эй, постой!
Перед парнем вспыхнул неяркий огонек, в круге света была видна каменная арка, в которой стоял закутанный в плащ человек. Не говоря ни слова, он повернулся и исчез в арке. Джеймс, проклиная все на свете, последовал за ним.




Лисана кусала губу, мучительно пытаясь понять, что за дела могут быть у Ариаса с выжившим из ума магом. В голову ничего не приходило. Острый ум, приправленный женской интуицией, редко подводил принцессу. Выросла она при дворе и интриги были ее родной стихией. Она кожей ощущала, что маг и стражник что-то затеяли. Но что? Государство тем временем требовало внимания.
Она подписала указы о наборе рекрутов, разобралась с послом сожженной драконом деревни и выделила полмешка серебра для помощи ее жителям. Попутно отчитав нерасторопную служанку за разбитый графин, Лисана рухнула на диванчик . Она смертельно устала от управления государством. Ей было всего 17 лет, и часто ей хотелось бегать через 2 ступеньки и пугать слуг веселыми играми с сестренкой. Но вместо этого приходилось вести скучнейшие советы, суды и решать дурацкие вопросы с поставками соломы. При этом зорко следить, чтобы казначей не воровал, а конюхи не таскали зерно домой.
- Магда!
Служанка появилась в дверях и присела в реверансе.
- Вели подать мою лошадь. Я еду кататься!
-Как это кататься? Куда? Ваше высочество!!
Не слушая ее, принцесса как ей все время этого и хотелось, вприпрыжку понеслась к лестнице. Подобрав юбку, она вспрыгнула на перила и поехала вниз. Спрыгнув с перил и шокировав старого дворецкого, который разинув рот наблюдал за ее прыжками, она вылетела во двор.
Промчавшись к конюшням и слыша причитания служанки за спиной, она влетела в открытую дверь.
- Есть кто живой? Эй вы, лентяи!! Лошадь мне немедленно!!
Из каморки вылетел тот самый вихрастый паренек, что приносил ей вести о дыме. Вытаращив глаза, он смотрел на Лисану, принцесса в конюшне для него было чем-то нереальным.
- Что встал как пенек с глазами? Лошадь мне и самую быструю!
Конюх метнулся к висящей сбруе, попал ногой в ведро и рухнул, задрав ноги. Принцесса расхохоталась. Парень красный как вареный рак исчез в одном из денников. Отсмеявшись, Лисана вышла из конюшни. Не обращая внимания на ворчащую служанку, она взяла повод подведенной ей лошади. Злая темно гнедая кобыла прижала уши, и попыталась укусить девушку. Парнишка подержал лошадку, пока Лисана усаживалась.
- Открыть ворота! – принцесса направила лошадь вперед, но тут появилась неожиданная заминка. У ворот стоял Ариас.
- Ваше высочество не может ехать одна. Ледяной тон начальника стражи не предвещал ничего хорошего.
- Прекрасно, Ариас. Вы едете со мной. – тон Лисаны не допускал возражений. Мужчина помрачнел, но вынужден был подчиниться.
- Седлай моего жеребца, что ты стоишь маленький лентяй!
- Бегу ваше, то есть я хотел сказать.. – конюх исчез в конюшне.
Выехав за ворота, Ариас окинул взглядом поле и горы.
- Куда вы хотите поехать ваше высочество?
- К Клыку.
- Простите? Вы хотите к кряжу? Но там нет проходимых дорог. Да и времена нынче не спокойные, драконы летают.
Девушка, ясно почувствовав издевку в его голосе улыбнулась.
- Когда со мной мой личный стражник, мне не надо бояться даже красных драконов! Ведь так Ариас? – ее зеленые глаза искрились хитринкой , ответить ему было нечего. Красные драконы были легендой, в старых сказаниях уверялось, что размеры красного дракона подобны горе.
Он молча кивнул и со вздохом направил жеребца вперед к горам.
Через четыре часа, уставшие лошади взбирались на гору, Клык чернел над их головами как обломок меча гиганта. Мелкие камни летели вниз, лошади скользили по каменной крошке. Ариас сидел на взмыленном коне мрачнее тучи, а Лисана устала так, что просто цеплялась за седло. Наконец они достигли цели. Небольшая каменная площадка была покрыта мелкой травой, и с нее открывался впечатляющий вид на Клык и окрестные скалы. Сняв девушку с лошади и отпустив их пастись, Ариас сел рядом с Лисаной на камень и протянул ей мех с водой.
- Боже как я устала – Лисана не могла даже говорить. Жадно напившись, она вернула мех стражнику и привалилась к камню.
- Ну вот, Клык перед вами. Что мы ищем ваше высочество? Ведь мы приехали сюда не просто покататься.
Его тон был как лезвие меча, сталь и злость звучала в голосе Ариаса.
Он стоял на краю площадки и осматривал скалы. Лисана поднялась и подошла к нему.
- Ты прав, не злись, пожалуйста. Не просто так мы сюда приехали. Я видела сон…
Он закатил глаза, на его красивом лице было ясно написано, что он думает про женщин и сны в частности.
- И что было в этом сне? – плохо скрытое раздражение слегка покоробило принцессу. Она собрала все свои силы в кулак и отчеканила ледяным тоном
- Ариас не забывайся! Твой долг выполнять свою работу и волю моего отца!
Стражник поклонился.
- Приношу извинения, моя принцесса. Я всего лишь устал.
Лисана вздохнула.
- Во сне был Клык, дым, пламя и какой-то человек. Он был в черном плаще и капюшоне. Лица я не видела. Помню только странное кольцо на его пальце. Он стоял на этой самой площадке. Я узнала ее, когда поднялась сюда. Он что-то говорил на незнакомом мне языке. Потом он указал на меня посохом, или каким-то жезлом вспыхнул свет и я проснулась. А днем принесли вести о дыме на Клыке.
Ариас недоверчиво посмотрел на Лисану, но ничего не сказал и принялся ходить между камней.
- Где именно это было? Где он стоял?
- Здесь – принцесса уверенно ткнула пальцем на большой валун. Он стоял на нем. Она хотела еще что-то добавить, но их внимание отвлекли лошади. Жеребец Ариаса приставал к кобылке с грязными намерениями, лошадка завизжала. ударила его обоими задними и понеслась с горы. Жеребец рванулся за нею, но Ариас успел перехватить длинную веревку, которую он привязал к уздечке. Жеребец протащил хозяина вниз по камням, но все таки остановился.
- Да чтоб вас драконы пожрали!! – вытирая кровь со лба, мужчина поднялся на ноги. Он завел коня на площадку и надежно спутал левую переднюю с правой задней ногой. Но этого ему показалось недостаточно, и он привязал повод к ноге жеребца, лишая его возможности поднять голову.
- Чертова кобылица – вдали облачко пыли указывало на то что кобылка скачет в замок.
- Теперь все решат, что с нами что-то случилось – стражник усмехнулся и повернулся к валуну. Итак, на чем мы остановились?
- У тебя кровь – девушка подошла к нему и протянула платок. Он отмахнулся, но она настояла, намочив платок, она вытерла его лоб и грязь с лица. Лисана никогда не обращала внимания на Ариаса, но сейчас при ближайшем рассмотрении он оказался очень красив. Черные длинные волосы слегка тронутые сединой, темно-карие глаза, волевой подбородок и нос с легкой горбинкой.
- Он красавец, интересно как он целуется - подумала она, рассматривая его тонкие губы. Устыдившись собственных мыслей, она слегка покраснела и отошла от него.
Ариас задумчиво проводил ее глазами. Этот блеск в глазах женщин был слишком хорошо ему знаком. Но принцесса? Сколько ей сейчас? 17 или 18, слишком молода, слишком глупа в вопросах любви. Ее отец никогда не даст согласие на брак с ним. Он вздохнул и пошел к валуну.


@темы: фэнтези